Пан-Ацея

[Гусейн Гурбанов]

Монолог уставшего человека с сорока баночками

На столе — ровный строй из сорока одинаковых банок с красивыми этикетками. Человек бережно берёт первую. Вкрадчиво, с благоговением.

Это не БАД.
Это… всё.

Вот это — магний.
Он от тревожности, от судорог в икрах, от бессонницы
и от звонков бывшего.

А вот это… тоже магний!
Но этот — от побочных эффектов первого.
А вот этот — чтобы не потерять веру в первые два.

Это бисглицинат! Он умный. Он сам знает, куда идти в организме.
Слово-то какое — «хелатный»…
Звучит так, будто тебя нежно обняли прямо изнутри.

У вас болит колено? Магний!
Развелись? Магний!
Кот смотрит без уважения? Магний с ашвагандой!

С грохотом вываливает из сумки новую гору банок.

Так. Это у меня от скрытых паразитов.
Это от вездесущих токсинов.
Это для генеральной чистки лимфы.
А вот это — чтобы лимфа не обиделась после чистки.
А вот это… я вообще не помню, от чего.
Но в закрытом чате сказали: НАДО.
Девочки писали: после него чакры как новые.
Прям скрипят от чистоты!

Внук тут затемпературил.
Врача я, конечно, не вызвала.
Я ему детокс-коробку за двенадцать тысяч заказала.
Потому что врач — это ответственность,
а коробка приходит курьером.

Теперь у ребёнка одновременно и понос, и духовный рост.
Два в одном!

— А вы, простите, анализы сдавали?
— Зачем?!
У меня экспресс-диагностика языка по фотографии в WhatsApp!
Анализ ауры по голосовому сообщению!
Нутрициолог по глазам определил: у меня тотальный дефицит всего!
Дефицит всего!
Особенно — дефицит дефицита!

Входит в раж, перебирая банки, как чётки.

Утром — семь капсул для энергии, которой у вас нет,
потому что печень занята перевариванием семи капсул.
Днём — пять капсул от панической атаки из-за утренних семи.
Вечером — девять, чтобы хоть как-то уснуть после дневных.
И в полночь — контрольный БАД,
чтобы просто вспомнить, зачем ты всё это затеял.

Я уже забыл свои первоначальные диагнозы.
Зато точно знаю, во сколько какую крышечку откручивать.
У меня будильник звонит каждые сорок минут.
Я не живу.
Я БАДаю!

— А как же противопоказания?
— Побойтесь бога, какие противопоказания у травок?!
Это же всё на-ту-раль-но-е!
— Мухомор, знаете ли, тоже стопроцентная органика.
— Серьёзно?! А у вас есть БАД из мухомора?!
— Разумеется. Микродозинг. Восемь тысяч баночка.
Лечит экзистенциальный ужас перед жизнью
и вызывает панический ужас перед микродозингом.
— Заверните два!

Резкая пауза. Поднимает воображаемую трубку.

Алло, скорая? Да, у нас передозировка.
Чем?
Надеждой.
Хронической, нефильтрованной надеждой.

Опускает руку. Тон становится тихим, доверительным, почти интимным.

Раньше у людей были болезни.
Теперь у человечества — дефициты.

У тебя не лень. У тебя дефицит магния.
У тебя не разбитое сердце,
а дефицит D3 и веры в светлое завтра.

Читаешь на этикетке:
«Способствует нормализации… Поддерживает естественный баланс…»
Это же чистый язык твоей бывшей.
Вроде что-то пообещала, обнадёжила —
а в суд подать не за что.

Состав:
корень реликтового кустарника с северного склона,
куда три века не ступала нога человека;
пыльца тибетской бабочки, которая лично видела смысл бытия;
и девяносто процентов мела. Для солидного веса.

Побочных эффектов нет.
Потому что терапевтического эффекта тоже никто не гарантировал.
Внизу мелким шрифтом, честно-честно:
«Не является лекарственным средством».

Гениально!
Если полегчало — свершилось чудо.
Если не помогло — ну а что вы хотели от бабочки?

Берёт одну банку, медленно крутит в пальцах.

Мы ведь не хотим лечиться.
Мы хотим — добавить.

Врач в поликлинике нудно бубнит:
«Спите восемь часов, пейте простую воду,
гуляйте пешком, учитесь справляться со стрессом».
Скучно. Долго. Дёшево. Никакой магии.

А баночка с красивой этикеткой шепчет:
«Брат… я всё понимаю.
Ты пашешь как проклятый, не спишь,
глушишь тревогу пиццей на ночь
и ненавидишь понедельники.
Давай я тебя просто обниму?
За три тысячи четыреста девяносто.
По промокоду — со скидкой».

И мы платим.
Мы покупаем не капсулы с порошком.
Мы покупаем иллюзию контроля над собственной жизнью.
Маленькую индульгенцию:
«Господи, ну я же хоть что-то делаю правильно!»

БАД не лечит тело.
БАД лечит наше чувство вины.
Проглотил горсть пилюль —
и ты уже не просто лежишь бревном на диване с пачкой чипсов.
Ты — осознанный биохакер в процессе глубокого детокса!

Адаптогены — моя отдельная любовь.
Корешок три тысячи лет выживал на ледяной скале в Гималаях.
Его сушил мороз. Его топтали дикие яки.
Он страдал, но адаптировался.
И вот теперь ты глотаешь его экстракт,
чтобы пережить совещание в Zoom.
Три тысячи лет эволюции.
Ради созвона в девять утра.

Долгая тишина. Медленно отодвигает банки на край стола.

Я не против баночек.
Я против того, чтобы в баночке продавали смысл жизни.

Витамин D — если есть показания.
Магний — если рекомендовал врач.

Но плоский живот,
вечную молодость,
прощение от мамы
и новую личность
в капсулу не положишь.

Самая сильная панацея —
скучные вещи, сделанные вовремя.

Сон — БАД для мозга.
Вода — БАД для организма.
Ходьба — БАД для суставов.
Слово «нет» — БАД для нервной системы.
Слово «люблю» — БАД для сердца.

Без упаковки.
Без промокода.
Без срока годности.

Пауза. Смотрит на последнюю баночку в руке.

Пан-Ацея... А я-то после всего этого... пан-а-чьё-я?
Своё ещё или уже ваше?

Пауза. Смотрит на последнюю баночку.

Хотя…
от похмелья вроде помогло.

Водой запей.
Водой.
Не магнием.

Магний уже устал
отвечать за всю вашу жизнь.

Alın Ak / KaJe MeG