Случайность.

[Гусейн Гурбанов]

Эффект бабочки слишком кинематографичен:
будто она машет крылом
за тридевять земель
и рождает Хазри.
Слишком красиво,
чтобы быть правдой.
Сценарий написан на обороте чека
из хозяйственного.

У Вселенной нет бюджета
на эпические саги.

Случайность — это когда уставший мир
икнул над пультом,
пролил кофе на клавишу
«социальная неловкость»
и забыл нажать Ctrl+S.
С тех пор мы живём
в режиме:
Автосохранение отключено.

Она с отличием окончила
Университет Причинно-Следственных Связей
и была отчислена
за систематическое нарушение следствия
и тяжкое причинение причин.
Теперь живёт в левом кармане у Вероятности
и каждый день теряет там ключи.
Отсюда и слово «совпадение»:
падение —
но вместе.

По утрам она доит квадратный корень.
Вечером объясняет ему,
почему он опять иррациональный.
Корень обижается
и уходит в мнимые числа.
Она пожимает плечами:
— Ну хоть не скучно.

Случайность никогда
не приходит по записи.
Врывается без стука,
плюхается в твоё лучшее кресло
и бросает:
— Я на пять минут.
И остаётся на всю жизнь.

Пошёл купить батон.
Вернулся с женой,
ипотекой
и котом.

Ты думал,
что сам выбирал кота?
Кот — это просто случайность,
которая мурлычет.
Ты подобрал его под дождём,
потому что он посмотрел на тебя,
будто ты его должник.
И вот уже десять лет ты делишь жильё
с существом,
которое считает тебя
не хозяином,
а сложной инфраструктурой
с функцией открывания консервов.

Ты опоздал на автобус.
И это опоздание тебя спасло.
Ты вышел на две минуты позже
и разминулся с тем,
кто испортил бы тебе день.
Или столкнулся с тем,
кто спас весь год.
А в резюме потом пишут:
Навыки стратегического планирования.

Спасибо тебе, автобус,
закрывший двери перед носом.
Возможно,
ты мой ангел-хранитель
на дизельном ходу.

Случайность особенно любит встречи с бывшими.
Где-нибудь на окраине.
В гипермаркете.
Когда ты стоишь
с тележкой дешёвых пельменей.

Бывшая, разумеется, выглядит так,
будто её только что выпустили
из рекламы успешной жизни.
А у тебя из кармана выпадает
чужая пластиковая пуговица,
подобранная три года назад
по принципу:
А вдруг пригодится?

И вот — пригодилась.
Ты смотришь на пуговицу.
Пуговица смотрит на тебя.
Бывшая смотрит на вас обоих.
И ты понимаешь:
пуговица ждала именно этого.
А ты — просто пришивал её
к пальто, которое давно мало.

Некоторые вещи умеют ждать.

Но случайность сама по себе
ещё не свобода.
Монетка тоже ничего не выбирает.
Она просто подчиняется гравитации
и чьей-то жадности.
Свобода начинается позже.
Когда монетка уже лежит на столе,
орёл или решка уже выпали,
а ты решаешь,
что теперь делать.

Мы боимся не хаоса.
Мы боимся,
что хаос окажется несправедливым.
Что он не прочитает наше резюме,
отдаст соседу выигрыш в лотерею,
а нам оставит
сквозняк в спину.

Но сквозняк иногда задувает именно
в те двери,
которые ты боялся открыть сам.
И там не склад пылесосов,
а комната с чаем
и человеком,
который ждал тебя сорок лет.

Смысл тоже не лежит где-то готовый.
Его не закопали заранее
заботливые архитекторы.
Он появляется потом.
Когда ты берёшь всё происходящее —
со всеми опозданиями,
потерями
и неловкостями —
и делаешь из этого
что-то своё.

Случайность приносит материал.
Выбор превращает его в историю.

И тут в зал входит Она.
Во фраке из несбывшихся «если бы».
Под руку с Вероятностью.
Они танцуют танго
среди обломков логики.

А где-то посреди этого бардака
рождается новая галактика.
Случайно.
То есть по плану,
составленному комитетом
по отсутствию всякого плана.

Закон — скелет мира.
Случайность — его походка.
А смысл — это то,
как ты идёшь,
когда дорогу тебе уже испортили.

Скелет у всех одинаковый.
Запоминается только походка.
Смешная.
Неловкая.
С пакетом пельменей в руке
и чужой пуговицей в кармане.

Иди.
И пусть тебе не повезёт.
Ведь именно так всё и начинается.

Alın Ak / KaJe MeG