Вся активность

У меня была любимая учительница - она преподавала математику. Я её любил и уважал, потому что она меня любила и уважала и ставила в пример другим. А остальные учителя меня никак не выделяли, и я их тоже игнорировал. Поэтому алгебра и геометрия были моими любимыми предметами, а учительницу эту я бы поздравил, но она уже умерла. Но она жива в моей благодарной памяти. А остальных учителей даже и поздравлять бы не стал. Поэтому почетен не столько труд учителя - они дают 90% бесполезных знаний - сколько отношение учителя к ученику. Так выпьем же за учителей с человеческим лицом, именно они настоящие педагоги, достойные почестей.

А Нильс - наш учитель ума.

Таковы были порядки в хваленом СССР. А в наше время подобное невозможно. во-первых: канадских диверсантов даже не пустили бы в Москву, во-вторых: если бы и пустили, то сейчас жевачка ихняя никому не нужна, а если бы они разбрасывали смартфоны, то давки бы не допустили, а всех бы культурно упаковали в автозаки. в-третьих: виновные бы сами уехали на СВО, а посадили бы тех кто вякает, за распространение фейков и дискредитацию. Поэтому сейчас советская вседозволенность и разгильдяйство невозможны. И больше мы её никогда не допустим.

Он работает в Министерстве правды.

А Дерник?

Xорош спамить, Гурбан

На примере самого Нильса могу сказать, что его деградация тоже ведь весьма стабильна.

И ты голосуешь ?

Да, они режут все социальные статьи бюджета, в том числе образование и здравоохранение. Но большинство за тех, кто это делает, голосует.

Смотря что считать стабильностью.

Я вижу, как тихий вечер, Целует речную гладь, Как вольный игривый ветер, Треплет тумана прядь. Я вижу родник журчащий, Чарующий песнью вод, Как нежный закат над чащей, Идёт через реку в брод. Я вижу мой край забытый, Познавший и горе и страх. Утром росой умытый, Всегда со слезой в глазах. Я вижу родные хаты, Родные, до боли, места, Где часто мне пёс лохматый, Целует мои уста, Где вольно и пахнет свечкой, Где детства остался след, И где за остывшей печкой, Не видно прошедших лет. Автор: Виктор Шамонин-Версенев Аудиопесню Я ВИЖУ, КАК ТИХИЙ ВЕЧЕР...1 слушать, скачать, песня сгенерирована автором в нейросети: https://disk.yandex.ru/d/EsIasCgFHMncDw Аудиопесню Я ВИЖУ, КАК ТИХИЙ ВЕЧЕР...2 слушать, скачать, песня сгенерирована автором в нейросети: https://cloud.mail.ru/public/zGLK/hf7Cjz2b5 Видеопесню Я ВИЖУ, КАК ТИХИЙ ВЕЧЕР... смотреть, слушать, песня сгенерирована автором в нейросети: https://youtu.be/LXz0zhCB09I Видеопесню Я ВИЖУ, КАК ТИХИЙ ВЕЧЕР... смотреть, слушать, песня сгенерирована автором в нейросети: http://rutube.ru/video/f37fc2abf0572106fb3b132e2b1a310f/ Песню смотреть, слушать: https://rutube.ru/video/4939927840ba709e1d2be15d2c75af6d/ Скачать ВСЕ мои книжки-сказки с иллюстрациями из папки 1, иллюстрации сгенерированы автором в нейросети: http://disk.yandex.ru/d/qBvahqlo2Q4LSg ВСЕ МОИ АУДИОСКАЗКИ СКАЧАТЬ ИЗ ПАПКИ 1 http://disk.yandex.ru/d/0TSIAmvcrxtTu МОИ ПЕСНИ ИЗ ПАПКИ 1 СКАЧАТЬ, СЛУШАТЬ: http://disk.yandex.ru/d/oG7oISKsThMJEg (ПАПКА ВСЕГДА ПОПОЛНЯЕТСЯ НОВЫМИ ПЕСНЯМИ) МОИ ПЕСНИ ИЗ ПАПКИ 2 СКАЧАТЬ, СЛУШАТЬ; http://cloud.mail.ru/public/Vkd4/E1kzFk9hZ (ПАПКА ВСЕГДА ПОПОЛНЯЕТСЯ НОВЫМИ ПЕСНЯМИ)

ТОПОЛОГИЯ БЫТИЯ. МЕТАФИЗИКА ПОЗИЦИИ И ОНТОЛОГИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ПРОЛОГ. ЕЩЁ НИЧЕГО НЕ НАЧАЛОСЬ Человек стоит перед дверью. Он ничего не знает. Только чувствует затылком: между ним и тем, что там, уже есть воздух. Уже есть расстояние. Я — здесь. То — там. И в этот миг мир впервые становится видимым. Не когда зажглась первая звезда. Не когда появилась первая галактика. А когда между двумя точками возник зазор. Это и есть Позиция. Не место на карте. Не номер дома. Не координата. Это само «где». Чистое условие. Всё, что существует, занимает Позицию. Но сама Позиция места не занимает. Она — как тишина между словами: её не видно, но без неё речь слипается в неразборчивый шум. Не спрашивай: «Когда она возникла?» Слово «когда» уже требует времени. А время — не ящик, куда кто-то однажды ссыпал Вселенную. Время — пульс Позиции. Её сердцебиение. Она не предшествовала миру. Она сделала возможным сам вопрос: «А есть ли мир?» И этот вопрос не лежит мёртвым грузом. Он дышит. ДВА ЖЕСТА У Позиции два жеста. Как вдох и выдох. Первый — собраться. Сжатая ладонь. Семя. Ночь перед рождением. Ни объёма. Ни температуры. Ни координат. Только избыток возможности, который ещё не выбрал форму. Мир ещё не разделён — но внутри уже всё гудит. Как будто Вселенная задержала дыхание. Второй жест — раскрыться. Протянутая рука. Всходы. Утро. Само развёртывание различия: поле, направление, дистанция, граница. Сначала — предельное «здесь». Миг перед тем, как открыть глаза. Потом — выдох. И первым рождается не предмет. Первым рождается предлог. Между. ПРЕДЕЛ Если всё связано со всем, ничто не сохранит лица. Мир растечётся, как чернила в луже: красиво, но не прочесть. Поэтому появляется Предел. Не забор. Не конец. Не запрет. Предел — это адрес. Он не говорит: «Нельзя». Он говорит: «Это — здесь. То — там. Между вами — расстояние. И только поэтому вы можете встретиться». Без берега река — просто разлив. Без кожи тело — просто мокрое пятно. Без верности любовь — просто тёплый ветер. Предел не убивает возможность. Он дарит ей форму. Потому что бесконечное «везде» иногда означает ровно то же самое, что «нигде». Чтобы что-то стало этим, оно должно перестать быть всем сразу. ФОРМА Форма — это движение, которое научилось себя помнить. Клетка. Мелодия. Привычка. Характер. Человек. Каждая форма — хор, который мог рассыпаться в любую секунду, но удержался на одной ноте и продолжает петь, даже когда меняются певцы. Форма — не неподвижность. Это устойчивость в беге. Река остаётся рекой не потому, что в ней одна и та же вода. Человек остаётся собой не потому, что в нём ничего не меняется. Форма живёт именно потому, что умеет меняться, не переставая быть собой. А потом форма сама становится новой собранностью. Новым центром. Новым «здесь». Семя становится деревом, чтобы дерево вернуло себя в новое семя. Не то же самое. Но тот же ритм. СПИРАЛЬ Так возникает становление. Не прямая. Не круг. Спираль. Собранность → Раскрытие → Предел → Форма → Новая собранность. Круг возвращает то же самое. Спираль возвращает принцип, но никогда не возвращает прежний уровень. Каждый виток помнит предыдущий, но не обязан ему подчиняться. Клетка не возвращается к молекуле. Жизнь — к пустой возможности. Мысль — к прежнему молчанию. Любовь — к исходному одиночеству. Возврат есть. Повторения нет. Мы возвращаемся в те же места. Но уже другими. Иногда человек спустя двадцать лет снова стоит у того же окна — а смотрит уже из другой жизни. Место то же. Позиция — иная. ЧЕЛОВЕК КАК ПЕРЕКРЁСТОК Если Позиция — условие всякого «где», то человек — место, где бытие однажды спросило: «А где я?» Он не центр. И не пылинка. Он — узел. Складка. Точка, в которой мир на мгновение увидел себя. Самая высокая форма этого видения — внимание. Мы можем сидеть рядом и быть за тысячи километров. Смотреть — и не видеть. Слушать — и не слышать. Знать имя — и не знать человека. Но когда мы по-настоящему смотрим на другого, мы собираем вокруг него поле живого присутствия. На короткое время делаем его центром. Не потому, что космос завертелся вокруг него. А потому, что перестали считать его мебелью. Самый редкий дар — не деньги. Не советы. Не ответы. Присутствие. Посмотреть. Выслушать. Не исправлять. Не заполнять чужую тишину собственным умом. Не сбегать в экран. Не торопиться сказать: «Я понимаю». Иногда честнее просто остаться. Остаться рядом ровно настолько, чтобы другой перестал чувствовать себя невидимым. В мире, где каждый хочет быть замеченным, самый редкий человек — тот, кто умеет замечать. ОТНОШЕНИЕ Позиция — не изоляция. Только потому, что я — не ты, возможна встреча. Различие не разрушает единство. Оно делает связь осмысленной. Если два человека полностью растворились друг в друге, встречаться уже некому. Быть рядом — не значит исчезнуть в другом. Это значит выдержать расстояние, в котором другой может остаться другим. «Между» — не пустота. Это пространство Встречи. И, возможно, именно поэтому любовь начинается не со слов: «Ты такой же, как я». А с более трудного: «Ты не я. И я всё равно хочу тебя увидеть». ЧЕЛОВЕК И СОБСТВЕННАЯ ФОРМА Мы постоянно становимся. Ребёнок становится взрослым. Незнание — знанием. Страх — опытом. Встреча — памятью. Память — характером. Но есть странная вещь: мы часто пытаемся сохранить себя именно там, где жизнь требует изменения. Говорим: «Я такой человек». Как будто характер — бетонная плита. «Я всегда так делал». «Я не умею иначе». «Я уже такой». Но форма, которая перестаёт становиться, начинает умирать. Живая форма сохраняет не неподвижность. Она сохраняет способность к внутреннему движению. Дерево растёт. Река меняет русло. Ребёнок меняет голос. Мы меняем убеждения. Иногда — слишком поздно. Иногда — после боли. Иногда — только потому, что кто-то однажды посмотрел на нас иначе. И сказал: «Я вижу в тебе не только то, чем ты был». И в этот момент в человеке появляется новая Позиция. Новое «здесь». Новая возможность. ГРАНИЦА Но Предел касается не только пространства. Он касается нас. У каждого человека есть граница. Тело. Память. Имя. История. Страхи. Способность сказать: «Нет». И способность сказать: «Да». Без границы невозможно достоинство. Потому что если всё принадлежит всем, то ничто не принадлежит никому. Граница не обязательно означает разделение. Иногда она означает уважение. Дверь не только закрывает. Она ещё и позволяет выбрать, кого впустить. Поэтому зрелость — не в том, чтобы разрушить все стены. И не в том, чтобы превратить жизнь в крепость. А в том, чтобы знать: какую дверь открыть, какую закрыть, а возле какой просто остаться. ВРЕМЯ Мы привыкли думать о времени как о реке, которая течёт мимо нас. Но, возможно, мы сами — часть её течения. Вчера становится памятью. Сегодня — присутствием. Завтра — возможностью. Три разных режима одного становления. Мы не можем вернуться в прошлое, но можем вернуть в настоящее его смысл. Не можем прожить будущее заранее, но можем уже сейчас изменить его направление. Поэтому время — не только то, что уходит. Это ещё и то, что становится. Каждое «сейчас» — маленькая мастерская, где будущее получает форму. СМЫСЛ Смысл не обязательно лежит где-то впереди, как приз в конце дороги. Иногда смысл возникает прямо в отношении. Между человеком и человеком. Между вопросом и ответом. Между болью и тем, как мы решили с ней обойтись. Между тем, что произошло, и тем, что мы сделали после. Одна и та же жизнь может стать историей поражения или историей преодоления. Событие не всегда выбирает значение. Человек участвует в его рождении. Не всё нам подвластно. Но почти всегда остаётся вопрос: «Что я теперь сделаю с тем, что произошло?» И вот здесь начинается свобода. Не абсолютная. Не божественная. Человеческая. Маленькая. Упрямая. Настоящая. СОЗНАНИЕ Возможно, сознание — это момент, когда Позиция начинает замечать саму себя. Я здесь. Я знаю, что я здесь. Я знаю, что ты здесь. И я знаю, что ты можешь знать, что я знаю, что ты здесь. Из этого странного зеркального коридора рождается человеческое «мы». Сознание не просто смотрит на мир. Оно способно остановиться и спросить: «Как именно я смотрю?» И это уже не просто взгляд. Это внимание к собственному вниманию. Мысль, которая заметила себя. Присутствие, которое стало присутствующим. ЭПИЛОГ. РИТМ, КОТОРЫЙ ПРОХОДИТ СКВОЗЬ НАС В начале мы спросили: что делает возможным само «есть»? Мы не нашли первой вещи. Не нашли последней причины. Не захлопнули дверь. Мы обнаружили Ритм. Он пульсирует не только в галактиках. Он проходит сквозь каждого из нас — каждый день. Мы собираемся в тихую мысль. Раскрываемся в мир: говорим, действуем, идём навстречу. Встречаем Предел: мир сопротивляется, другой не понимает, тело устаёт, жизнь говорит: «Дальше будет иначе». Мы создаём форму: слово, поступок, обещание, дом, отношение, память. Потом теряем её. И собираемся заново. Иногда добровольно. Иногда после того, как жизнь сама разобрала нас на части. Но собираемся. Потому что становление не спрашивает, готовы ли мы. Оно просто продолжается. Однажды физическая форма завершится. Это неизбежно. Но слово, взгляд, рождённая идея и отданная любовь могут продолжить становление в поле других людей. Фраза, которую ты сказал ребёнку, может прожить дольше тебя. Взгляд, которым ты однажды поддержал человека, может однажды стать его собственным взглядом на другого. Добро редко остаётся там, где было совершено. Оно движется. Переходит. Меняет носителя. Как огонь, который передаётся от свечи к свече, не становясь меньше от того, что зажёг другую. Спираль не обрывается там, где заканчивается один виток. Она просто продолжает становление в другом. ИТОГ Всё можно сказать проще. Почти до дыхания. Позиция — возможность быть. Интенсивность — способность собраться. Экстенсивность — смелость открыться. Предел — обрести адрес, а не тюрьму. Форма — сохранить себя, не окаменев. Отношение — быть с другим, не теряя себя. Сознание — заметить это чудо. Внимание — не дать другому исчезнуть, пока ты рядом. Ты читаешь эти строки. Слова — на странице. Но смысл рождается не на странице. Он рождается между. Между тем, что написано, и тем, что ты уже знаешь. Между моей попыткой сказать и твоей способностью услышать. Между вопросом и тем внутренним движением, которое он в тебе вызвал. Прямо сейчас возникла общая Позиция: ты — и эта мысль. Два горизонта, между которыми раскрылось живое поле. И, может быть, в этом есть самая простая тайна бытия: мы существуем не только потому, что есть, но и потому, что способны быть в отношении. Нас определяет не только то, где мы стоим. Но и то, к чему мы повернулись. К чему приблизились. От чего отступили. Кого заметили. Кого не заметили. Что удержали. Что отпустили. И кого однажды увидели настолько внимательно, что человек впервые за долгое время почувствовал: «Я есть». Возможно, это и есть самая человеческая форма метафизики. Не найти Бога за последней дверью. Не вычислить начало мира. Не поймать бытие за руку. А научиться присутствовать так, чтобы рядом с тобой другому существу становилось чуть легче быть. Потому что иногда изменить мир — это не построить новую Вселенную. Иногда достаточно не пройти мимо. Посмотреть. Увидеть. Остаться. И тогда Позиция перестаёт быть абстракцией. Она становится жизнью. Я — здесь. Ты — там. И между нами — не пустота. Между нами — мир. А мир, пока мы способны его замечать, продолжает становиться. Alın Ak / KaJe MeG Всё можно сказать проще. Почти доТОПОЛОГИЯ БЫТИЯ. МЕТАФИЗИКА ПОЗИЦИИ И ОНТОЛОГИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ПРОЛОГ. ЕЩЁ НИЧЕГО НЕ НАЧАЛОСЬ Человек стоит перед дверью. Он ничего не знает. Только чувствует затылком: между ним и тем, что там, уже есть воздух. Уже есть расстояние. Я — здесь. То — там. И в этот миг мир впервые становится видимым. Не когда зажглась первая звезда. Не когда появилась первая галактика. А когда между двумя точками возник зазор. Это и есть Позиция. Не место на карте. Не номер дома. Не координата. Это само «где». Чистое условие. Всё, что существует, занимает Позицию. Но сама Позиция места не занимает. Она — как тишина между словами: её не видно, но без неё речь слипается в неразборчивый шум. Не спрашивай: «Когда она возникла?» Слово «когда» уже требует времени. А время — не ящик, куда кто-то однажды ссыпал Вселенную. Время — пульс Позиции. Её сердцебиение. Она не предшествовала миру. Она сделала возможным сам вопрос: «А есть ли мир?» И этот вопрос не лежит мёртвым грузом. Он дышит. ДВА ЖЕСТА У Позиции два жеста. Как вдох и выдох. Первый — собраться. Сжатая ладонь. Семя. Ночь перед рождением. Ни объёма. Ни температуры. Ни координат. Только избыток возможности, который ещё не выбрал форму. Мир ещё не разделён — но внутри уже всё гудит. Как будто Вселенная задержала дыхание. Второй жест — раскрыться. Протянутая рука. Всходы. Утро. Само развёртывание различия: поле, направление, дистанция, граница. Сначала — предельное «здесь». Миг перед тем, как открыть глаза. Потом — выдох. И первым рождается не предмет. Первым рождается предлог. Между. ПРЕДЕЛ Если всё связано со всем, ничто не сохранит лица. Мир растечётся, как чернила в луже: красиво, но не прочесть. Поэтому появляется Предел. Не забор. Не конец. Не запрет. Предел — это адрес. Он не говорит: «Нельзя». Он говорит: «Это — здесь. То — там. Между вами — расстояние. И только поэтому вы можете встретиться». Без берега река — просто разлив. Без кожи тело — просто мокрое пятно. Без верности любовь — просто тёплый ветер. Предел не убивает возможность. Он дарит ей форму. Потому что бесконечное «везде» иногда означает ровно то же самое, что «нигде». Чтобы что-то стало этим, оно должно перестать быть всем сразу. ФОРМА Форма — это движение, которое научилось себя помнить. Клетка. Мелодия. Привычка. Характер. Человек. Каждая форма — хор, который мог рассыпаться в любую секунду, но удержался на одной ноте и продолжает петь, даже когда меняются певцы. Форма — не неподвижность. Это устойчивость в беге. Река остаётся рекой не потому, что в ней одна и та же вода. Человек остаётся собой не потому, что в нём ничего не меняется. Форма живёт именно потому, что умеет меняться, не переставая быть собой. А потом форма сама становится новой собранностью. Новым центром. Новым «здесь». Семя становится деревом, чтобы дерево вернуло себя в новое семя. Не то же самое. Но тот же ритм. СПИРАЛЬ Так возникает становление. Не прямая. Не круг. Спираль. Собранность → Раскрытие → Предел → Форма → Новая собранность. Круг возвращает то же самое. Спираль возвращает принцип, но никогда не возвращает прежний уровень. Каждый виток помнит предыдущий, но не обязан ему подчиняться. Клетка не возвращается к молекуле. Жизнь — к пустой возможности. Мысль — к прежнему молчанию. Любовь — к исходному одиночеству. Возврат есть. Повторения нет. Мы возвращаемся в те же места. Но уже другими. Иногда человек спустя двадцать лет снова стоит у того же окна — а смотрит уже из другой жизни. Место то же. Позиция — иная. ЧЕЛОВЕК КАК ПЕРЕКРЁСТОК Если Позиция — условие всякого «где», то человек — место, где бытие однажды спросило: «А где я?» Он не центр. И не пылинка. Он — узел. Складка. Точка, в которой мир на мгновение увидел себя. Самая высокая форма этого видения — внимание. Мы можем сидеть рядом и быть за тысячи километров. Смотреть — и не видеть. Слушать — и не слышать. Знать имя — и не знать человека. Но когда мы по-настоящему смотрим на другого, мы собираем вокруг него поле живого присутствия. На короткое время делаем его центром. Не потому, что космос завертелся вокруг него. А потому, что перестали считать его мебелью. Самый редкий дар — не деньги. Не советы. Не ответы. Присутствие. Посмотреть. Выслушать. Не исправлять. Не заполнять чужую тишину собственным умом. Не сбегать в экран. Не торопиться сказать: «Я понимаю». Иногда честнее просто остаться. Остаться рядом ровно настолько, чтобы другой перестал чувствовать себя невидимым. В мире, где каждый хочет быть замеченным, самый редкий человек — тот, кто умеет замечать. ОТНОШЕНИЕ Позиция — не изоляция. Только потому, что я — не ты, возможна встреча. Различие не разрушает единство. Оно делает связь осмысленной. Если два человека полностью растворились друг в друге, встречаться уже некому. Быть рядом — не значит исчезнуть в другом. Это значит выдержать расстояние, в котором другой может остаться другим. «Между» — не пустота. Это пространство Встречи. И, возможно, именно поэтому любовь начинается не со слов: «Ты такой же, как я». А с более трудного: «Ты не я. И я всё равно хочу тебя увидеть». ЧЕЛОВЕК И СОБСТВЕННАЯ ФОРМА Мы постоянно становимся. Ребёнок становится взрослым. Незнание — знанием. Страх — опытом. Встреча — памятью. Память — характером. Но есть странная вещь: мы часто пытаемся сохранить себя именно там, где жизнь требует изменения. Говорим: «Я такой человек». Как будто характер — бетонная плита. «Я всегда так делал». «Я не умею иначе». «Я уже такой». Но форма, которая перестаёт становиться, начинает умирать. Живая форма сохраняет не неподвижность. Она сохраняет способность к внутреннему движению. Дерево растёт. Река меняет русло. Ребёнок меняет голос. Мы меняем убеждения. Иногда — слишком поздно. Иногда — после боли. Иногда — только потому, что кто-то однажды посмотрел на нас иначе. И сказал: «Я вижу в тебе не только то, чем ты был». И в этот момент в человеке появляется новая Позиция. Новое «здесь». Новая возможность. ГРАНИЦА Но Предел касается не только пространства. Он касается нас. У каждого человека есть граница. Тело. Память. Имя. История. Страхи. Способность сказать: «Нет». И способность сказать: «Да». Без границы невозможно достоинство. Потому что если всё принадлежит всем, то ничто не принадлежит никому. Граница не обязательно означает разделение. Иногда она означает уважение. Дверь не только закрывает. Она ещё и позволяет выбрать, кого впустить. Поэтому зрелость — не в том, чтобы разрушить все стены. И не в том, чтобы превратить жизнь в крепость. А в том, чтобы знать: какую дверь открыть, какую закрыть, а возле какой просто остаться. ВРЕМЯ Мы привыкли думать о времени как о реке, которая течёт мимо нас. Но, возможно, мы сами — часть её течения. Вчера становится памятью. Сегодня — присутствием. Завтра — возможностью. Три разных режима одного становления. Мы не можем вернуться в прошлое, но можем вернуть в настоящее его смысл. Не можем прожить будущее заранее, но можем уже сейчас изменить его направление. Поэтому время — не только то, что уходит. Это ещё и то, что становится. Каждое «сейчас» — маленькая мастерская, где будущее получает форму. СМЫСЛ Смысл не обязательно лежит где-то впереди, как приз в конце дороги. Иногда смысл возникает прямо в отношении. Между человеком и человеком. Между вопросом и ответом. Между болью и тем, как мы решили с ней обойтись. Между тем, что произошло, и тем, что мы сделали после. Одна и та же жизнь может стать историей поражения или историей преодоления. Событие не всегда выбирает значение. Человек участвует в его рождении. Не всё нам подвластно. Но почти всегда остаётся вопрос: «Что я теперь сделаю с тем, что произошло?» И вот здесь начинается свобода. Не абсолютная. Не божественная. Человеческая. Маленькая. Упрямая. Настоящая. СОЗНАНИЕ Возможно, сознание — это момент, когда Позиция начинает замечать саму себя. Я здесь. Я знаю, что я здесь. Я знаю, что ты здесь. И я знаю, что ты можешь знать, что я знаю, что ты здесь. Из этого странного зеркального коридора рождается человеческое «мы». Сознание не просто смотрит на мир. Оно способно остановиться и спросить: «Как именно я смотрю?» И это уже не просто взгляд. Это внимание к собственному вниманию. Мысль, которая заметила себя. Присутствие, которое стало присутствующим. ЭПИЛОГ. РИТМ, КОТОРЫЙ ПРОХОДИТ СКВОЗЬ НАС В начале мы спросили: что делает возможным само «есть»? Мы не нашли первой вещи. Не нашли последней причины. Не захлопнули дверь. Мы обнаружили Ритм. Он пульсирует не только в галактиках. Он проходит сквозь каждого из нас — каждый день. Мы собираемся в тихую мысль. Раскрываемся в мир: говорим, действуем, идём навстречу. Встречаем Предел: мир сопротивляется, другой не понимает, тело устаёт, жизнь говорит: «Дальше будет иначе». Мы создаём форму: слово, поступок, обещание, дом, отношение, память. Потом теряем её. И собираемся заново. Иногда добровольно. Иногда после того, как жизнь сама разобрала нас на части. Но собираемся. Потому что становление не спрашивает, готовы ли мы. Оно просто продолжается. Однажды физическая форма завершится. Это неизбежно. Но слово, взгляд, рождённая идея и отданная любовь могут продолжить становление в поле других людей. Фраза, которую ты сказал ребёнку, может прожить дольше тебя. Взгляд, которым ты однажды поддержал человека, может однажды стать его собственным взглядом на другого. Добро редко остаётся там, где было совершено. Оно движется. Переходит. Меняет носителя. Как огонь, который передаётся от свечи к свече, не становясь меньше от того, что зажёг другую. Спираль не обрывается там, где заканчивается один виток. Она просто продолжает становление в другом. ИТОГ Всё можно сказать проще. Почти до дыхания. Позиция — возможность быть. Интенсивность — способность собраться. Экстенсивность — смелость открыться. Предел — обрести адрес, а не тюрьму. Форма — сохранить себя, не окаменев. Отношение — быть с другим, не теряя себя. Сознание — заметить это чудо. Внимание — не дать другому исчезнуть, пока ты рядом. Ты читаешь эти строки. Слова — на странице. Но смысл рождается не на странице. Он рождается между. Между тем, что написано, и тем, что ты уже знаешь. Между моей попыткой сказать и твоей способностью услышать. Между вопросом и тем внутренним движением, которое он в тебе вызвал. Прямо сейчас возникла общая Позиция: ты — и эта мысль. Два горизонта, между которыми раскрылось живое поле. И, может быть, в этом есть самая простая тайна бытия: мы существуем не только потому, что есть, но и потому, что способны быть в отношении. Нас определяет не только то, где мы стоим. Но и то, к чему мы повернулись. К чему приблизились. От чего отступили. Кого заметили. Кого не заметили. Что удержали. Что отпустили. И кого однажды увидели настолько внимательно, что человек впервые за долгое время почувствовал: «Я есть». Возможно, это и есть самая человеческая форма метафизики. Не найти Бога за последней дверью. Не вычислить начало мира. Не поймать бытие за руку. А научиться присутствовать так, чтобы рядом с тобой другому существу становилось чуть легче быть. Потому что иногда изменить мир — это не построить новую Вселенную. Иногда достаточно не пройти мимо. Посмотреть. Увидеть. Остаться.ТОПОЛОГИЯ БЫТИЯ. МЕТАФИЗИКА ПОЗИЦИИ И ОНТОЛОГИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ПРОЛОГ. ЕЩЁ НИЧЕГО НЕ НАЧАЛОСЬ Человек стоит перед дверью. Он ничего не знает. Только чувствует затылком: между ним и тем, что там, уже есть воздух. Уже есть расстояние. Я — здесь. То — там. И в этот миг мир впервые становится видимым. Не когда зажглась первая звезда. Не когда появилась первая галактика. А когда между двумя точками возник зазор. Это и есть Позиция. Не место на карте. Не номер дома. Не координата. Это само «где». Чистое условие. Всё, что существует, занимает Позицию. Но сама Позиция места не занимает. Она — как тишина между словами: её не видно, но без неё речь слипается в неразборчивый шум. Не спрашивай: «Когда она возникла?» Слово «когда» уже требует времени. А время — не ящик, куда кто-то однажды ссыпал Вселенную. Время — пульс Позиции. Её сердцебиение. Она не предшествовала миру. Она сделала возможным сам вопрос: «А есть ли мир?» И этот вопрос не лежит мёртвым грузом. Он дышит. ДВА ЖЕСТА У Позиции два жеста. Как вдох и выдох. Первый — собраться. Сжатая ладонь. Семя. Ночь перед рождением. Ни объёма. Ни температуры. Ни координат. Только избыток возможности, который ещё не выбрал форму. Мир ещё не разделён — но внутри уже всё гудит. Как будто Вселенная задержала дыхание. Второй жест — раскрыться. Протянутая рука. Всходы. Утро. Само развёртывание различия: поле, направление, дистанция, граница. Сначала — предельное «здесь». Миг перед тем, как открыть глаза. Потом — выдох. И первым рождается не предмет. Первым рождается предлог. Между. ПРЕДЕЛ Если всё связано со всем, ничто не сохранит лица. Мир растечётся, как чернила в луже: красиво, но не прочесть. Поэтому появляется Предел. Не забор. Не конец. Не запрет. Предел — это адрес. Он не говорит: «Нельзя». Он говорит: «Это — здесь. То — там. Между вами — расстояние. И только поэтому вы можете встретиться». Без берега река — просто разлив. Без кожи тело — просто мокрое пятно. Без верности любовь — просто тёплый ветер. Предел не убивает возможность. Он дарит ей форму. Потому что бесконечное «везде» иногда означает ровно то же самое, что «нигде». Чтобы что-то стало этим, оно должно перестать быть всем сразу. ФОРМА Форма — это движение, которое научилось себя помнить. Клетка. Мелодия. Привычка. Характер. Человек. Каждая форма — хор, который мог рассыпаться в любую секунду, но удержался на одной ноте и продолжает петь, даже когда меняются певцы. Форма — не неподвижность. Это устойчивость в беге. Река остаётся рекой не потому, что в ней одна и та же вода. Человек остаётся собой не потому, что в нём ничего не меняется. Форма живёт именно потому, что умеет меняться, не переставая быть собой. А потом форма сама становится новой собранностью. Новым центром. Новым «здесь». Семя становится деревом, чтобы дерево вернуло себя в новое семя. Не то же самое. Но тот же ритм. СПИРАЛЬ Так возникает становление. Не прямая. Не круг. Спираль. Собранность → Раскрытие → Предел → Форма → Новая собранность. Круг возвращает то же самое. Спираль возвращает принцип, но никогда не возвращает прежний уровень. Каждый виток помнит предыдущий, но не обязан ему подчиняться. Клетка не возвращается к молекуле. Жизнь — к пустой возможности. Мысль — к прежнему молчанию. Любовь — к исходному одиночеству. Возврат есть. Повторения нет. Мы возвращаемся в те же места. Но уже другими. Иногда человек спустя двадцать лет снова стоит у того же окна — а смотрит уже из другой жизни. Место то же. Позиция — иная. ЧЕЛОВЕК КАК ПЕРЕКРЁСТОК Если Позиция — условие всякого «где», то человек — место, где бытие однажды спросило: «А где я?» Он не центр. И не пылинка. Он — узел. Складка. Точка, в которой мир на мгновение увидел себя. Самая высокая форма этого видения — внимание. Мы можем сидеть рядом и быть за тысячи километров. Смотреть — и не видеть. Слушать — и не слышать. Знать имя — и не знать человека. Но когда мы по-настоящему смотрим на другого, мы собираем вокруг него поле живого присутствия. На короткое время делаем его центром. Не потому, что космос завертелся вокруг него. А потому, что перестали считать его мебелью. Самый редкий дар — не деньги. Не советы. Не ответы. Присутствие. Посмотреть. Выслушать. Не исправлять. Не заполнять чужую тишину собственным умом. Не сбегать в экран. Не торопиться сказать: «Я понимаю». Иногда честнее просто остаться. Остаться рядом ровно настолько, чтобы другой перестал чувствовать себя невидимым. В мире, где каждый хочет быть замеченным, самый редкий человек — тот, кто умеет замечать. ОТНОШЕНИЕ Позиция — не изоляция. Только потому, что я — не ты, возможна встреча. Различие не разрушает единство. Оно делает связь осмысленной. Если два человека полностью растворились друг в друге, встречаться уже некому. Быть рядом — не значит исчезнуть в другом. Это значит выдержать расстояние, в котором другой может остаться другим. «Между» — не пустота. Это пространство Встречи. И, возможно, именно поэтому любовь начинается не со слов: «Ты такой же, как я». А с более трудного: «Ты не я. И я всё равно хочу тебя увидеть». ЧЕЛОВЕК И СОБСТВЕННАЯ ФОРМА Мы постоянно становимся. Ребёнок становится взрослым. Незнание — знанием. Страх — опытом. Встреча — памятью. Память — характером. Но есть странная вещь: мы часто пытаемся сохранить себя именно там, где жизнь требует изменения. Говорим: «Я такой человек». Как будто характер — бетонная плита. «Я всегда так делал». «Я не умею иначе». «Я уже такой». Но форма, которая перестаёт становиться, начинает умирать. Живая форма сохраняет не неподвижность. Она сохраняет способность к внутреннему движению. Дерево растёт. Река меняет русло. Ребёнок меняет голос. Мы меняем убеждения. Иногда — слишком поздно. Иногда — после боли. Иногда — только потому, что кто-то однажды посмотрел на нас иначе. И сказал: «Я вижу в тебе не только то, чем ты был». И в этот момент в человеке появляется новая Позиция. Новое «здесь». Новая возможность. ГРАНИЦА Но Предел касается не только пространства. Он касается нас. У каждого человека есть граница. Тело. Память. Имя. История. Страхи. Способность сказать: «Нет». И способность сказать: «Да». Без границы невозможно достоинство. Потому что если всё принадлежит всем, то ничто не принадлежит никому. Граница не обязательно означает разделение. Иногда она означает уважение. Дверь не только закрывает. Она ещё и позволяет выбрать, кого впустить. Поэтому зрелость — не в том, чтобы разрушить все стены. И не в том, чтобы превратить жизнь в крепость. А в том, чтобы знать: какую дверь открыть, какую закрыть, а возле какой просто остаться. ВРЕМЯ Мы привыкли думать о времени как о реке, которая течёт мимо нас. Но, возможно, мы сами — часть её течения. Вчера становится памятью. Сегодня — присутствием. Завтра — возможностью. Три разных режима одного становления. Мы не можем вернуться в прошлое, но можем вернуть в настоящее его смысл. Не можем прожить будущее заранее, но можем уже сейчас изменить его направление. Поэтому время — не только то, что уходит. Это ещё и то, что становится. Каждое «сейчас» — маленькая мастерская, где будущее получает форму. СМЫСЛ Смысл не обязательно лежит где-то впереди, как приз в конце дороги. Иногда смысл возникает прямо в отношении. Между человеком и человеком. Между вопросом и ответом. Между болью и тем, как мы решили с ней обойтись. Между тем, что произошло, и тем, что мы сделали после. Одна и та же жизнь может стать историей поражения или историей преодоления. Событие не всегда выбирает значение. Человек участвует в его рождении. Не всё нам подвластно. Но почти всегда остаётся вопрос: «Что я теперь сделаю с тем, что произошло?» И вот здесь начинается свобода. Не абсолютная. Не божественная. Человеческая. Маленькая. Упрямая. Настоящая. СОЗНАНИЕ Возможно, сознание — это момент, когда Позиция начинает замечать саму себя. Я здесь. Я знаю, что я здесь. Я знаю, что ты здесь. И я знаю, что ты можешь знать, что я знаю, что ты здесь. Из этого странного зеркального коридора рождается человеческое «мы». Сознание не просто смотрит на мир. Оно способно остановиться и спросить: «Как именно я смотрю?» И это уже не просто взгляд. Это внимание к собственному вниманию. Мысль, которая заметила себя. Присутствие, которое стало присутствующим. ЭПИЛОГ. РИТМ, КОТОРЫЙ ПРОХОДИТ СКВОЗЬ НАС В начале мы спросили: что делает возможным само «есть»? Мы не нашли первой вещи. Не нашли последней причины. Не захлопнули дверь. Мы обнаружили Ритм. Он пульсирует не только в галактиках. Он проходит сквозь каждого из нас — каждый день. Мы собираемся в тихую мысль. Раскрываемся в мир: говорим, действуем, идём навстречу. Встречаем Предел: мир сопротивляется, другой не понимает, тело устаёт, жизнь говорит: «Дальше будет иначе». Мы создаём форму: слово, поступок, обещание, дом, отношение, память. Потом теряем её. И собираемся заново. Иногда добровольно. Иногда после того, как жизнь сама разобрала нас на части. Но собираемся. Потому что становление не спрашивает, готовы ли мы. Оно просто продолжается. Однажды физическая форма завершится. Это неизбежно. Но слово, взгляд, рождённая идея и отданная любовь могут продолжить становление в поле других людей. Фраза, которую ты сказал ребёнку, может прожить дольше тебя. Взгляд, которым ты однажды поддержал человека, может однажды стать его собственным взглядом на другого. Добро редко остаётся там, где было совершено. Оно движется. Переходит. Меняет носителя. Как огонь, который передаётся от свечи к свече, не становясь меньше от того, что зажёг другую. Спираль не обрывается там, где заканчивается один виток. Она просто продолжает становление в другом. ИТОГ Всё можно сказать проще. Почти до дыхания. Позиция — возможность быть. Интенсивность — способность собраться. Экстенсивность — смелость открыться. Предел — обрести адрес, а не тюрьму. Форма — сохранить себя, не окаменев. Отношение — быть с другим, не теряя себя. Сознание — заметить это чудо. Внимание — не дать другому исчезнуть, пока ты рядом. Ты читаешь эти строки. Слова — на странице. Но смысл рождается не на странице. Он рождается между. Между тем, что написано, и тем, что ты уже знаешь. Между моей попыткой сказать и твоей способностью услышать. Между вопросом и тем внутренним движением, которое он в тебе вызвал. Прямо сейчас возникла общая Позиция: ты — и эта мысль. Два горизонта, между которыми раскрылось живое поле. И, может быть, в этом есть самая простая тайна бытия: мы существуем не только потому, что есть, но и потому, что способны быть в отношении. Нас определяет не только то, где мы стоим. Но и то, к чему мы повернулись. К чему приблизились. От чего отступили. Кого заметили. Кого не заметили. Что удержали. Что отпустили. И кого однажды увидели настолько внимательно, что человек впервые за долгое время почувствовал: «Я есть». Возможно, это и есть самая человеческая форма метафизики. Не найти Бога за последней дверью. Не вычислить начало мира. Не поймать бытие за руку. А научиться присутствовать так, чтобы рядом с тобой другому существу становилось чуть легче быть. Потому что иногда изменить мир — это не построить новую Вселенную. Иногда достаточно не пройти мимо. Посмотреть. Увидеть. Остаться. И тогда Позиция перестаёт быть абстракцией. Она становится жизнью. Я — здесь. Ты — там. И между нами — не пустота. Между нами — мир. А мир, пока мы способны его замечать, продолжает становиться. Alın Ak / KaJe MeG И тогда Позиция перестаёт быть абстракцией. Она становится жизнью. Я — здесь. Ты — там. И между нами — не пустота. Между нами — мир. А мир, пока мы способны его замечать, продолжает становиться. Alın Ak / KaJe MeG дыхания. Позиция — возможность быть.Интенсивность — способность собраться.Экстенсивность — смелость открыться.Предел — обрести адрес, а не тюрьму.Форма — сохранить себя, не окаменев.Отношение — быть с другим, не теряя себя.Сознание — заметить это чудо.Внимание — не дать другому исчезнуть, пока ты рядом. Ты читаешь эти строки.Слова — на странице.Но смысл рождается не на странице.Он рождается между. Между тем, что написано, и тем, что ты уже знаешь.Между моей попыткой сказать и твоей способностью услышать.Между вопросом и тем внутренним движением, которое он в тебе вызвал. Прямо сейчас возникла общая Позиция:ты — и эта мысль.Два горизонта, между которыми раскрылось живое поле. И, может быть, в этом есть самая простая тайна бытия:мы существуем не только потому, что есть,но и потому, что способны быть в отношении. Нас определяет не только то, где мы стоим.Но и то, к чему мы повернулись.К чему приблизились. От чего отступили.Кого заметили. Кого не заметили.Что удержали. Что отпустили. И кого однажды увидели настолько внимательно,что человек впервые за долгое время почувствовал: «Я есть». Возможно, это и есть самая человеческая форма метафизики. Не найти Бога за последней дверью.Не вычислить начало мира.Не поймать бытие за руку.А научиться присутствовать так,чтобы рядом с тобой другому существустановилось чуть легче быть. Потому что иногда изменить мир —это не построить новую Вселенную.Иногда достаточно не пройти мимо. Посмотреть.Увидеть.Остаться. И тогда Позиция перестаёт быть абстракцией.Она становится жизнью. Я — здесь.Ты — там.И между нами — не пустота.Между нами — мир. А мир, пока мы способны его замечать,продолжает становиться. Alın Ak / KaJe MeG Всё можно сказать проще. Почти до дыхания. Позиция — возможность быть.Интенсивность — способность собраться.Экстенсивность — смелость открыться.Предел — обрести адрес, а не тюрьму.Форма — сохранить себя, не окаменев.Отношение — быть с другим, не теряя себя.Сознание — заметить это чудо.Внимание — не дать другому исчезнуть, пока ты рядом. Ты читаешь эти строки.Слова — на странице.Но смысл рождается не на странице.Он рождается между. Между тем, что написано, и тем, что ты уже знаешь.Между моей попыткой сказать и твоей способностью услышать.Между вопросом и тем внутренним движением, которое он в тебе вызвал. Прямо сейчас возникла общая Позиция:ты — и эта мысль.Два горизонта, между которыми раскрылось живое поле. И, может быть, в этом есть самая простая тайна бытия:мы существуем не только потому, что есть,но и потому, что способны быть в отношении. Нас определяет не только то, где мы стоим.Но и то, к чему мы повернулись.К чему приблизились. От чего отступили.Кого заметили. Кого не заметили.Что удержали. Что отпустили. И кого однажды увидели настолько внимательно,что человек впервые за долгое время почувствовал: «Я есть». Возможно, это и есть самая человеческая форма метафизики. Не найти Бога за последней дверью.Не вычислить начало мира.Не поймать бытие за руку.А научиться присутствовать так,чтобы рядом с тобой другому существустановилось чуть легче быть. Потому что иногда изменить мир —это не построить новую Вселенную.Иногда достаточно не пройти мимо. Посмотреть.Увидеть.Остаться. И тогда Позиция перестаёт быть абстракцией.Она становится жизнью. Я — здесь.Ты — там.И между нами — не пустота.Между нами — мир. А мир, пока мы способны его замечать,продолжает становиться. Alın Ak / KaJe MeG

iNiels 99999

А ведь я тоже учитель математики

Утро нового дня !

Утро нового дня !

Утро нового дня !

Что по этому поводу думает достопочтенный Гурбан Гусейнов?

Хуясе познания

Да, спасибо

Зачем сотона создал дерника?